Воскресенье, 28 Май 2017      01:34 | Вход | Регистрация | Мишель Нострадамус. Портрет.
Мишель Нострадамус. Пророчества и предсказания.
Мифы о Нострадамусе Нострадамус в таблицах. Статьи о Нострадамусе отечественных и иностранных исследователей. Портреты и рисунки из потерянной книги Нострадамуса. Критические статьи о Нострадамусе и не только... Разные статьи на другие темы. Фильмы о Нострадамусе, смотреть онлайн, скачать бесплатно Гостевая книга этого сайта о Нострадамусе.
  
 

ПОКРОВИТЕЛЬ И ПОДОПЕЧНЫЙ.

Могущественный дом Тосканелли не без труда нашёл преемника Бонифацию седьмому. На апостольский трон прочили одного клюнийского аббата, человека честного и, стало быть, совершенно не пригодного для этой должности. Впрочем, эта уникальная личность вопреки настояниям императора Оттона и императрицы Адельгейды наотрез отказалась от тиары. Другой священник, по имени Домн, менее щепетильный, поспешил изъявить своё согласие, воссел на престол и... неожиданно скончался.

Папа Бенедикт VIIБенедикт VII

После смерти Домна Бонифаций VII попытался было захватить престол, но спасовал перед Бенедиктом, которого поддерживали всё те же Тосканелли. Благодаря столь высокому покровительству Бенедикт VII стал сто сорок вторым папой. Кроме обычных пороков, свойственных представителям его касты, он отличался невероятным лицемерием. Прикидываясь суровым аскетом, он, укрывшись от всех в покоях своего дворца, предавался отвратительным оргиям. Однако, стены папской обители оказались недостаточно глухими, чтобы сохранить тайны папы-распутника.

После короткой и победоносной кампании над греками, пытавшимися вторгнуться в Калабрию, Оттон вернулся в Рим на рождественские праздники - в действительности же лишь для того, чтобы успокоить дрожавшего от страха Бенедикта. Дело в том, что бывший первосвященник Бонифаций вместе со своими сторонниками беспощадно терроризировал беднягу-папу, да и всё римское население.

Страх, как известно, плохой советчик. Именно постоянный страх, испытываемый Бенедиктом, толкнул его на дикий поступок, который он совершил при поддержке своего покровителя.

По настоянию своего питомца его величество император Оттон решил устроить блистательный пир в ознаменование праздника рождества Христова. Он пригласил на ужин крупных сановников Рима, а также магистров и депутатов из соседних городов.

Папа Бенедикт VIIБенедикт VII

Всё было подготовлено для веселья королевских гостей. Великолепно сервированный стол ломился от изысканнейших яств, лакомые дорогие блюда сменялись одно за другим, редчайшие вина лились в изобилии. В разгар трапезы державный человеконенавистник подал знак. Музыка заиграла воинственный марш, словно призывающий к атаке, и в зал, грохоча сапогами, вошёл отряд солдат. Музыканты смолкли, солдаты с саблями наголо, подобно телохранителям, заняли место возле каждого гостя, и в мертвой тишине офицер, вынул длинный список, поименно стал называть каждого приговоренного к смерти.

Шестьдесят жертв, уведённых с торжественного пира, были тут же казнены. Между прочим, во время этого дикого представления император и папа продолжали застольную беседу и, как ни в чём не бывало, посмеиваясь, потчевали остальных гостей!


НОВЫЕ ПОДВИГИ БОНИФАЦИЯ.

В то время как Оттон и Бенедикт развлекались в меру своих сил и способностей, Бонифаций, стремившийся к власти и богатству, с помощью подарков и обещаний вербовал приспешников и усердно сколачивал войско.

Было бы оскорбительно для памяти этого мерзавца думать, будто он хоть на минуту предполагал сдержать свои обещания. Бонифаций разработал даже специальную теорию, каким путём устранить в будущем своих кредиторов. Оттон, убедившись, что друг его Бенедикт вполне успокоился после дикой расправы в канун рождества, занялся пополнением своей армии как в Риме, так и в его окрестностях. Греки, объединившись с сарацинами, вновь напали на Калабрию, и Оттон немедленно двинулся против них. Но при первом же столкновении итальянцы обратились в бегство. Сражение происходило на морском берегу. Оттон, прыгнув на баржу, случайно находившуюся поблизости, был ранен. Стрела оказалась отравленной, и он скончался несколько месяцев спустя.

Стрела была пущена не кем иным, как... Бонифацием, который не счёл зазорным сражаться в рядах неверных.

Бенедикт ненадолго пережил своего покровителя и, сражённый той же рукой, умер в июле 983 года.

"Уж на этот раз престол наместника достанется наконец Франкону", - говорил себе Бонифаций.

Папа Иоанн XIVИоанн XIV

Увы, и на этот раз он просчитался. Папой стал епископ Павийский, взошедший на престол под именем Иоанна XIV.

Но Бонифаций не позволил ему засидеться на престоле. Не останавливаясь ни перед чем, он пустил в ход остатки всех своих сокровищ на подкуп разного сброда и вскоре, собрав многочисленное войско, стал полновластным хозяином Латеранского дворца, предварительно арестовав Иоанна XIV. Заточив его в подземелье замка Святого ангела, Бонифаций через четыре месяца приговорил его к голодной смерти.

А чтобы запугать сторонников Иоанна (если бы таковые обнаружились у него), Бонифаций привязал труп своей жертвы, в парадном облачении, к подъемному мосту дворцовой крепости.

Это было совершенно излишне и могло лишь повредить Бонифацию, ибо, по словам историка Платины, папа, который погиб голодной смертью, сразу вызвал сострадание и симпатию у народа.

Как только трон оказался вакантным, Бонифаций немедленно провозгласил себя папой. Учитывая отношение римлян, он не строил никаких иллюзий и понимал, что только жесточайшими репрессиями и террором ему удастся удержать власть.

В течение целого года улицы города были обагрены кровью. Бонифаций не щадил ни врагов, ни друзей - в его глазах все были врагами. Более того, приспешников своих он особенно ненавидел, ибо не мог забыть тех сумм, которые ему пришлось истратить на них.

Ужас и отчаяние царили в Риме. Всем грозила одинаковая участь; люди всех сословий ежедневно спрашивали себя, не пробил ли их последний час. Кроме обычных палачей, так сказать законных убийц, Бонифаций располагал шайкой наёмников, которые без всякого суда расправлялись с намеченными жертвами.

А сам Бонифаций? Чем же он занимался во время этой непрерывной резни? Он развлекался! Вопли жертв тонули в непристойных и бесстыдных песнях его куртизанок и фаворитов, с которыми он бесчинствовал в своих покоях.

Спустя одиннадцать месяцев после восшествия на апостольский трон Бонифаций отдал богу свою праведную душу, и сонм ангелов протрубил вознесение непогрешимого наместника на небеса!


ПОСМЕРТНАЯ МЕСТЬ.

Излишне говорить, что римляне и не собирались объявлять траур по случаю смерти Бонифация VII.

Умер он скоропостижно. Произошла ли его смерть от апоплексического удара, как утверждают многие летописцы? Весьма возможно: его образ жизни вполне располагал к смерти подобного рода, если вспомнить о его чревоугодии и непрерывных оргиях с женщинами; да и в связях с мужчинами он находил немалое удовольствие. Другие же авторы решительно заявляют, что римляне освободились от папы с помощью сильнодействующего яда.

Точно известно одно: всеобщему ликованию не было конца. Узнав, что отъявленный злодей свёл счёты с жизнью, простолюдины и знатные вельможи столпились возле церкви святого Петра. Труп первосвященника вытащили из гроба и нещадно избили, затем, сняв с изуродованного покойника саван, поволокли по улицам до площади Марка Аврелия. Там его подвесили за ноги, сделав мишенью для плевков.

На следующий день решено было устроить ему достойные похороны, сбросив чудовище в сток для нечистот, и несколько священников, чтобы спасти от позора главу христианской церкви, ночью стащили труп и наспех похоронили за пределами города.


СУЕВЕРИЯ.

Перейдём к одиннадцатому веку, отличавшемуся грубым суеверием, диким фанатизмом и распутством под маской благочестия.

Окончания десятого века во всём христианском мире ждали с трепетом. Многочисленные пророчества связывали с этой датой конец света и наступление "страшного суда". Духовенство, естественно, пыталось извлечь из этого всяческие выгоды.

На пороге близкой и неизбежной кончины люди заботились исключительно о будущей загробной жизни, о покаянии, способном умилостивить праведного судью. Самые отъявленные скряги отдавали церкви свои богатства, а священники, со своей стороны, всячески убеждали паству избавиться от бремени губительных земных благ, которые, как сказано в евангелии, являются главным препятствием на пути в рай.

Когда страшный год миновал, многие почувствовали себя оставшимися в дураках и горько пожалели о безрассудном страхе, побудившем их отдать всё добро церквам и монастырям. Но было поздно! Клир никогда не отдаёт назад того, что, пусть даже по ошибке, попало в его карман. Напротив, ремесло духовенства как раз и заключается в том, чтобы околпачивать недалеких людей, готовых верить самым абсурдным пророчествам.

Изображение папы Сильвестра II и дьявола, миниатюра в средневековом кодексе.Сильвестр II и дьявол, миниатюра в средневековом кодексе.

В тот век люди предавались магии, колдовству, астрологии; всякое суеверие воспринималось как нечто совершенно реальное. Надо отметить, что и священники не отставали от своей паствы. Магия пользовалась такой популярностью, а невежество было столь велико, что многие церковники сами занимались всякой чёрт овщиной, заменяя церковные таинства гаданием и колдовством. Запуганный народ верил, что дьявол низложил бога и наступает царство антихриста.

Про папу Сильвестра второго, пришедшего на смену Григорию пятому, упорно говорили, что он заключил союз с сатаной. Папа Сильвестр поражал современников математическими и философскими познаниями, которыми он якобы был обязан дьяволу. Некоторые летописцы всерьёз утверждают, что Сильвестр достал из Севильи гнусную книгу, заключавшую в себе каббалистические формулы, с помощью которых Сильвестр заставлял Люцифера повиноваться себе; что дьявол обещал папе спасти его от смерти, если он откажется отслужить обедню в Иерусалимском храме. Сильвестр, - продолжают летописцы, - надеясь продлить свою жизнь, не совершал никогда паломничества в святую землю и продолжал предаваться кощунственному колдовству. Однако, он испытал на себе, как коварны и обманчивы посулы дьявола. Однажды, когда святой отец совершал богослужение в базилике Святого Креста, называвшейся также Иерусалимским храмом, дьявол внезапно возник перед папой на алтаре и, схватив золотое распятие, знаменитое украшение часовни, ударил им папу с такой силой, что тот скончался через несколько минут".

Эта наивная легенда очень точно характеризует силу суеверия, которое грозило погасить в народе последние искры разума, уже весьма основательно омрачённого религиозными формулами и обрядами.


КАМНИ ПЛАЧУТ И... ПЛЯШУТ!

Папа Сильвестр IIСильвестр II

После смерти Сильвестра второго священники не преминули использовать в своих интересах легенду о сговоре между папой и дьяволом. Они распространили слух, будто папа Сильвестр II перед смертью покаялся в том, что такой договор существовал, и попросил приближённых возложить его труп на катафалк, запряжённый белыми лошадьми, добавив, что кони остановятся сами в том месте, где надлежит его похоронить.

Воля папы Сильвестра была исполнена в точности - кони якобы остановились перед Латеранским храмом, где останки папы и были преданы земле со всеми соответствующими почестями. "С того времени, - пишет летописец, - более шести веков подряд каждый раз накануне смерти первосвященника, словно предвещая его кончину, стучат кости Сильвестра и плита на гробнице его покрывается кровавыми слезами..."

Не правда ли, жуть! Камни плачут кровавыми слезами и кости, как костяшки домино, прыгают в могиле, будто говорят игрокам: "А ну, кому выпал шестеричный дубль, - начинай?"

Согласитесь, к подобным вещам надо привыкнуть, не каждый день они происходят. А если ещё представить себе, что испытывает могильный червь во время работы, видя, как лакомый кусок содрогается, а затем пускается в пляс! Тут даже безмозглый червяк придёт в ужас!

С другой стороны, какой блаженный покой сулит такое чудо любому святому отцу, тому, кто устремляет печальный взор в будущее, с трепетом ожидая последнего часа... Ему достаточно перед сном прогуляться к могиле папы Сильвестра, и, если там тихо, он может вернуться домой и спокойно предаваться ночным усладам.

Впрочем, не известно ни одного случая, чтобы кто-либо из святых отцов воспользовался пророчеством и пожелал узнать, когда неумолимые Парки оборвут нить его суетной жизни.

В середине семнадцатого века при перестройке Латеранского дворца открыли пресловутую гробницу с телом папы, которую по преданию лукавый дьявол время от времени превращал в танцкласс. Как говорит легенда, тело казалось ещё живым и благоухало ("0-ля-ля, - воскликнул бы наш Гаврош, - пока не поздно, пора давать тягу!")... но вдруг луч света озарил тело, адское пламя вырвалось из него, освещая всё вокруг, и тело превратилось в пепел, остался только серебряный крест да пастырский перстень...

Разгадка проста: пламя - сам сатана, который, как последний дурак, позволил замуровать себя в гробнице и целые столетья играл в пасьянс с костями Сильвестра. Разумеется, когда открыли темницу, он поторопился удрать. Однако, всякий благочестивый христианин обязан проникнуться благодарностью к сатане; ведь, сохранив останки святого отца, дьявол облегчил работу всевышнему, когда тот начнет воскрешать мертвых в день страшного суда.

После этого события на могиле Сильвестра не случалось больше ничего необыкновенного. Священники и тут не преминули объяснить прекращение чудес то ли колдовством покойного папы, то ли исчезновением дьявола. А в восемнадцатом веке, когда Монтескье, Вольтер и Дидро опубликовали свои знаменитые труды, предвещавшие Великую французскую революцию, церковный историк Муратори издал панегирик Сильвестру. Общий тон всего опуса характеризует следующее утверждение: "Чудо на могиле Сильвестра не должно никого поражать, так же как и последующее прекращение его. Ведь сколько плит на могиле святых, некогда источавших масло и манну, теперь не совершают таких чудес!"

Но зачем удаляться в восемнадцатый век? Совсем недавно, при обсуждении закона об обучении в палате депутатов Франции, Поль Берт с трибуны процитировал ряд религиозных трудов, посвященных вопросам воспитания. Приведя возмутительные по своей безнравственности цитаты, он воскликнул, обращаясь к правым:

- Осмелитесь ли вы одобрить подобные предписания и наставления?

И один из клерикалов тут же ответил:

- Мы не имеем права обсуждать то, что написано отцами церкви.

Это заявление было встречено аплодисментами со стороны ультрамонтанской банды!

Таким образом, позиция церковников ничуть не изменилась за многие столетия: самые дикие и чудовищные утверждения воспринимаются как должные в наш просвещённый век, их не оспаривают. Тем хуже для них!

Прогресс гигантскими шагами идёт вперед, и недалеко то время, когда воинствующая церковь, застывшая в своём грубейшем суеверии и фанатизме, будет выглядеть как едва уловимая точка на горизонте минувших времен.


ПЧЁЛЫ-ПРОРИЦАТЕЛЬНИЦЫ.

Папа Иоанн XVIIИоанн XVII

О личности папы Иоанна семнадцатого, сменившего Сильвестра II, мало известно. До нас дошли только сведения о его мстительности и жестокости; в этом смысле он ничем не отличался от большинства своих предшественников. Святой престол он занимал всего пять месяцев.

При нём произошёл курьезный эпизод: один монах в Шалоне, Левтард, рассчитывая выудить деньги у доверчивых глупцов, провозгласил себя духовидцем; собрав народ, он сообщил, что ночью, когда он спал в поле, с ним случилось чудо: пчелы, как бы пронзив его тело, вошли сквозь анальное отверстие и, вылетев с шумом и шипением изо рта, возвестили, что ему предстоят великие дела, непосильные для простого смертного, с той поры он ощутил в себе божественную благодать.

Ему поверили. Он стал пророчествовать и довольно скоро сколотил сильную партию, которая стала требовать, чтобы ему предоставили епископскую кафедру в городе.

Жебуин, шалонский епископ, увидев, что дело принимает нешуточный оборот, счёл необходимым вмешаться. Ему удалось развеять ореол вокруг этого духовидца. Разочарованный и оскорблённый народ так затравил монаха, что жалкий проходимец бросился в колодец.

Другому монаху пришла в голову сумасбродная мысль провозгласить Вергилия, Горация и Ювенала пророками. Странствуя по Италии, монах повсюду советовал верующим следовать их заветам, дабы удостоиться вечной жизни.

Первоначально он тоже имел успех, возникла даже целая секта его последователей.

Когда Иоанн XVII услышал о них, он приказал епископам нещадно истреблять всех членов этой шайки, где бы ни появились эти юродивые. Убийство служило католикам ultimo ratio (крайним доводом), когда необходимо было навязать людям свои догмы.


ОДНИМ УДАРОМ САБЛИ.

Папа Иоанн XVIIIИоанн XVIII

Иоанн XVIII сменил Иоанна семнадцатого и продержался на святом престоле пять лет. Было бы утомительно скучно приводить нудный список всех его безобразий.

Перейдём к Бенедикту восьмому, получившему тиару благодаря заговору графов Тосканелли.

Звериная жестокость Бенедикта восьмого заранее восстановила против него народ. Не успел он взойти на престол, как вокруг него начала сплетаться густая сеть заговоров. Даже среди духовенства образовалась сильная партия, которой удалось провозгласить нового папу - Григория. Бенедикт энергично сопротивлялся. Какое-то время он оставался хозяином Латеранского дворца, но Григорий не менее решительно отстаивал свои права и в конце концов изгнал соперника. Бенедикт бежал в Германию, рассчитывая на поддержку Генриха второго. Он получил её без особого труда. Генрих второй снарядил армию, и Бенедикт прибыл в Ломбардию. Испуганные римляне во избежание нового вторжения послали депутатов к Бенедикту, умоляя его вернуться в Латеранский дворец, и Григорию ничего не оставалось, как поскорее покинуть Рим. Спустя несколько дней Генрих второй одержал крупную победу над одним самозванцем и, чтобы утвердить себя единовластным правителем, вместе со своей супругой Кунигундой прибыл в Рим на торжественное помазание. Папа извлёк выгоду из этого торжества: помимо того, что возрос его авторитет, он подтвердил некоторые привилегии, данные первосвященникам ещё при Карле втором и Оттоне третьем. Не успел Генрих второй покинуть Италию, как сарацины вторглись в Тоскану.

Папа Бенедикт VIIIБенедикт VIII

Бенедикт поручил епископам снарядить солдат и, возглавив войско, сам ринулся в бой.

Битва продолжалась три дня. Поначалу христиане терпели неудачу за неудачей, но в конце концов заняли все позиции противника. Ещё бы, сам господь бог сражался с ними в их рядах!

Мы вовсе не собираемся умалять заслуги великого Саваофа, но, право, с тех пор как он появился на земном шаре, военные кампании, проводившиеся под его знаменем и во имя него, частенько заканчивались полной катастрофой. Не надо требовать от милосердного боженьки больше того, что он может дать! Совершенно очевидно, несчастный старик Саваоф оказывается в полной растерянности, когда, скажем, два короля, оба правоверные, объявляют друг другу войну по той лишь причине, что его величество Икс, принимая посла короля Зет, чихнул семьдесят пять раз, а посол-невежа пожелал страдающему насморком августейшему королю долго здравствовать лишь семьдесят четыре раза!

От всех этих тонкостей и бог может потерять голову! Представьте себе положение господа, когда в одно прекрасное утро он находит в своей обширной почте две молитвы следующего содержания:

ПЕРВАЯ МОЛИТВА.

Милосердный и возлюбленный господь бог мой! Я собираюсь захватить с моими доблестными войсками королевство моего кузена Зет. Уповаю на твою помощь. Даруй мне силы изничтожить всех его солдат!! Твой сын и раб король Икс и прочее, и прочее...

ВТОРАЯ МОЛИТВА.

Прародитель мой! Любовь моя безгранична к тебе, и потому внемли моим молитвам: мой кузен Икс, молодой отрок, возымел желание помериться силами с моими войсками. Сердце моё возликует, если чело моё украсится лаврами. Будь милосерден и даруй мне победу над этим хвастуном. Да исполнится молитва моя, но не раньше, чем две армии в поединке истребят друг друга, ибо, чем больше убитых, тем значительней победа.

Твой... К твоему милосердию... В помыслах о тебе... Король Зет и прочее, и прочее...

 

"Чёрт побери, - говорит Саваоф, - что же предпринять, чтобы ублажить двух монархов? Эти скоты, расплодившись по земле, заводят меня в тупик, уповая на моё всемогущество! Ей-богу, пусть сами распутываются! Не стану вмешиваться в их дела!"

Каков бы ни был исход, имеет ли право побеждённый обвинять бога, что тот не внял его молитвам?

Разумеется, нет!

Вы видите, как беспристрастно мы оцениваем положение Саваофа. Разрешите же нам добавить, что битва состоялась, и, по всем признакам, бог нисколько не повинен в победе солдат святого отца над сарацинами.

Да и сам первосвященник, видимо, не очень-то рассчитывал на божественную помощь в своих бранных делах: он заранее построил в боевом порядке свои войска, укрепил берег стрелками, помешав кораблям противника доставить подкрепление.

Обычно язычники просто захватывают своих врагов в плен. Христиане же этим не довольствуются - религия повелевает устроить великое кровавое пиршество в ознаменование победы над неверными. И даже когда сарацины были перебиты, войска первосвященника предали всю местность огню и мечу. Дележ огромной военной добычи происходил тут же на поле брани. Самому папе досталась, представьте... жена сарацинского вождя, женщина поразительной красоты.

Святой отец слыл первостатейным распутником. Возможно, он отдавал предпочтение юношам, впрочем, он не отказывался и от прекрасного пола. Но ни одного поцелуя не сорвал он с губ прелестной сарацинки. Жестокость этого изверга была сильнее, чем похотливость. Схватив обеими руками огромную саблю, он одним ударом обезглавил пленницу.

После этого наместник святого Петра обыскал труп, сорвал золотой обруч и драгоценности с тюрбана, украшавшего жертву...


КАК ОСТАНОВИТЬ ЗЕМЛЕТРЯСЕНИЕ.

Папа Бенедикт VIIIБенедикт VIII

Разумеется, заголовок звучит, мягко выражаясь, немного наивно. Но удивляться нечему - мы сообщаем исторические эпизоды, заимствованные нами из церковной летописи, и вполне естественно, нам приходится попеременно сталкиваться то с чудовищным преступлением, то с неслыханным образчиком глупости. Это неизбежно!

Вслед за крупной победой, одержанной Бенедиктом восьмым над сарацинами, в Риме произошло землетрясение. Случилось это в страстную пятницу, причём, весьма знаменательно, что верующие почувствовали первые толчки в момент поклонения кресту.

Почему земля вздумала колебаться, повергая благочестивых римлян в ужас, в тот самый момент, когда народ распростёрся ниц перед распятием?

На этот вопрос святейший отец, не колеблясь, дал разумный ответ: ниспослав такое бедствие, господь показал, что он гневается на людей, оскорбивших его в столь скорбные дни.

Оставалось лишь найти виновных. За этим дело не стало. Бенедикт VIII объявил, что, по его сведениям, в тот самый час, когда благочестивые христиане поклонялись кресту, евреи совершали свои религиозные церемонии в синагоге. Небесный гнев могли вызвать только эти несчастные нехристи! Надо их подвергнуть суду и покарать!

Впрочем, зачем же их судить? Разве папа не является непогрешимым?.. И Бенедикт обнародовал декрет, приговоривший к обезглавливанию всех римских евреев. Их немедленно привели на лобное место и передали в руки палачу.

Ужасно, не правда ли?

Предыдущие главы нас, конечно, ко многому подготовили, и всё же человеческий разум не может примириться с подобными фактами. Начинаешь даже надеяться, уж не преувеличены ли эти сведения или, может, они и вовсе ошибочны? Увы! Мы говорим на этих страницах только о реальных событиях, очищенных от всякого налета легендарности. Мы, правда, боремся с папизмом, но боремся честным оружием. Мы говорим: вот она, ваша церковь, хотите знать, чего она стоит? Познакомьтесь с теми, кто её возглавляет (воры, убийцы, педерасты - все они таковы или почти все... Простите, среди них есть ещё и деятели, вроде папы Пия девятого, но с ним вы познакомитесь позже). Возвратимся к землетрясению. Оно прекратилось после избиения евреев. Может, вы думаете, что церковные историки, повествуя об этом эпизоде, ищут смягчающих обстоятельств, пытаясь объяснить это кошмарное мероприятие? Что за вздор! Они прославляют первосвященника! И с потрясающим хладнокровием добавляют:

"После их казни ветер утих и земля не испытывала больше ужасных колебаний, которые раньше сотрясали святой город".

Невозможно найти более наглую апологию гнусного преступления.


ЧИСТИЛИЩЕ В СИЦИЛИИ.

Бенедикт VIII, которого вовсе нельзя считать образцом благочестия, всё же решил хоть как-то обуздать распущенный клир. Почтенный апостол, несомненно, завидовал своим подчиненным и хотел отобрать у них всех любовниц... - иначе чем объяснить внезапное пробуждение нравственности у его святейшества?

В 1020 году он созвал в Павии собор и, несмотря на противодействие многих прелатов, добился, чтобы было принято постановление, согласно которому всё духовенство, как чёрное, так и белое, лишалось права жениться или иметь сожительниц.

Генрих второй по просьбе первосвященника утвердил этот декрет, нарушителю грозил духовный и уголовный суд.

Сразу же отметим: разгул духовенства нисколько не уменьшился после декрета; никакие угрозы не помогли, и священники даже не считали нужным скрывать свои похождения. Как и до указа, церковники публично предавались разврату, чувствуя себя в полной безопасности. Да и как могло быть иначе? Ведь для того, чтобы осуществить на деле обнародованный указ, пришлось бы осудить всё духовенство целиком. Все алтари опустели бы сразу. Что, несомненно, было бы крайне огорчительно!

Бенедикт VIII умер в начале 1024 года. Католические историки вполне серьёзно сообщают, что после смерти он несколько раз являлся разным лицам с просьбой поминать его в молитвах. Какой же репутацией пользовался достопочтенный папа, если даже благочестивые церковники не считали его достойным сразу попасть в рай!

Летописец Платина уверяет, что какой-то прелат видел скелет святого отца Бенедикта в папском облачении, который мчался куда-то на чёрном жеребце. Епископ спросил его, куда он спешит, в ответ призрак крепко обхватил епископа, поднял с земли и перенес к месту, где были спрятаны сокровища. Он приказал епископу раздать все сокровища беднякам, дабы облегчить страдания, которые он, Бенедикт, испытывает в загробном мире за свои преступления. Сигеберт и Петр Дамиани также утверждают, что однажды мертвец явился к своему преемнику и просил молиться за него, дабы смягчить пламя чистилища, на которое он был осужден за свои злодеяния; о масштабе преступлений можно судить по тому, что срок пребывания папы в чистилище был определен в тысячу лет.

Все эти легенды, однако, по своей комичности намного уступают басне Винцента из Бове, жившего двести лет спустя после смерти Бенедикта восьмого и выполнявшего функции чтеца у короля Людовика Святого.

Винцент торжественно заверял, что божественный приговор Бенедикту был условным и что один из клюнийских монахов получил откровение от самой пречистой девы, согласно которому "папу Бенедикта могли освободить от мук молитвы монахов Клюнийского монастыря и заслуги их аббата - святого Одиллона".

Значит, бог-отец, которого священники рисуют грозным судьёй, не является таким уж неумолимым? Представьте себе, что на суд к нему является христианин, отягощенный преступлениями.

- Как зовут тебя? - спрашивает его всевышний.

- Бенедикт восьмой, праведный судья.

- Ты обвиняешься в том, что воровал, убивал, совращал и насиловал, преступал все законы божеские и человеческие. Что ты скажешь в своё оправдание?

- Ничего, праведный судья.

- Отлично! Я приговариваю тебя к тысяче годам чистилища. Хочешь ли ты что-либо возразить против приговора? Отвечай. Каковы твои соображения по этому поводу?

- Я просил бы о том, чтобы наказание отбывалось мною на земле, в этой юдоли слез...

- Которую ты превратил в мусорную свалку?

- Господи, каждый делает, что в его силах.

- Так ты надеешься, что я верну тебя туда, где ты совершил столько мерзостей? Никогда в жизни. Все, что я могу сделать, - это осудить тебя условно. Если клюнийские монахи будут молить меня о спасении твоей души, я завизирую тебе пропуск в рай. Но запомни: молитва наспех, в несколько строк, или жалкая обедня за двадцать су меня не удовлетворят. Ты получишь полное освобождение от наказания, если монахи будут молиться как следует: денно и нощно служить молебны, соблюдать посты и снова молиться.

- Словом, они должны задобрить вас?

- Вот именно. Мой тебе совет: обратись к святой деве и проси её стать твоей заступницей. Пречистая дева милосердна, и я склонен думать, монахи достаточно галантны и не откажут в просьбе прекрасной даме... что я говорю - молодой девушке, ибо материнство нисколько не испортило цветка её невинности.

Этот гротесковый диалог в действительности является точным пересказом торжественного заявления Винцента из Бове. Это даже не пародия, а всего лишь шарж, который подчеркивает детали, но не искажает их. Он показывает, что церковные басни, которыми священнослужители пичкают верующих, являются, по существу, не чем иным, как грандиозной буффонадой.

По словам Винцента, после явления пречистой девы клюнийские монахи удвоили молитвенное рвение и добились освобождения Бенедикта восьмого. "И тогда, - добавляет Винцент, - покойный первосвященник сам явился в аббатство поблагодарить за спасение. В один прекрасный день, когда монахи стояли на молитве в храме, Бенедикт восьмой, представ перед ними, сообщил о своём выходе из пламени Этны и описал божественные радости, которыми он наслаждался в небесном Иерусалиме".

Итак, приговоренные к чистилищу выходят из самого кратера и попадают прямо в рай! Какие счастливцы, эти жители Сицилии: на их острове находится само чистилище, а они, вероятно, и не догадываются о своём счастье!

читать далее...

 
   

Telecar © 2008